# 4. Командировка
В зале было полно рабочих: все, кто был в сегодняшней смене. У входа находился стол и экран проектора. Возле него возились программисты, подключая провода.
Всех попросили прийти перед сменой в актовый зал, так как руководство предприятия собралось сделать объявление. Оставшись в очередной раз на работе, Дима еле успел принять душ, побриться и одним из последних зашёл в помещение.
Начальник отдела Геннадий Лучев сидел за столом перед проектором. Он нахмурил брови и перечитывал строчки текста на листах в руках, тонко сжатые губы придавали ему задумчивости. Прошло ещё несколько минут, и он, убедившись, что зал наполнился и все его слушают, начал:
– Коллеги, я попросил вас собраться, чтобы изложить новую информацию, до тех, кого нет, – он строгим взглядом окинул всех, – потом доведут. Итак, мы приступаем к введению на предприятии системы 5С. Если кто не знает, то это система управления Toyota Company. Все мы обязаны будем подписать допсоглашение к трудовому договору, – он поднял брови и пригладил ёжик коротких волос на затылке. – Так, это основная новость. А сейчас прошу вас выслушать сотрудников отдела развития, они продемонстрируют вам презентацию и расскажут подробнее, зачем это надо.
Свет потух и двое людей в таких же серых пиджаках представились, взяли слово и начали, пролистывая слайды, рассказывать историю появления «Бережливого производства».
Вот новая мода, все на «французский манер», а точнее, на японский. Дима и большинство коллег не понимали этого и не думали разбираться. Для них это всего лишь означало перемены и сложности. Но был и приятный момент: ежемесячно нужно было ездить в командировку на несколько дальних пунктов. Это радовало Диму, как внезапный отпуск. Закончив презентацию, администраторы всех рабочих поблагодарили, и толпа начала проходить к дверям.
– Чернов! – окликнул Лучев Дмитрия.
– Да, Геннадий Евгеньевич?
– Пойдём, тут дело есть, ты как к командировкам относишься? – они зашагали по коридору в диспетчерскую.
Дима, уже привыкший к холостяцкой жизни, не видел преград быть командировочным, наоборот, радовался. С дочкой планировал увидеться через выходные, отношения с Леной завершились.
– Да могу, если надо, – не задумываясь ответил Дмитрий.
– Хорошо, надо съездить на клиентский пункт, далеко.
Дима представил, как сядет в машину с мужиками, и снова будет несколько часов пути и доверительных, братских разговоров.
– Ты едешь один, это несложная операция с аппаратурой д16т, всего-то нужно поменять внутреннюю плату и батарею. Я думаю, что тебе одного дня будет достаточно, – огорошил Лучев, пожав плечами. – Сейчас новая система, ты слышал. Повышаем эффективность. Поедешь на поезде. Билеты в диспетчерской. Потом наряд подпишешь, выезд завтра.
Наряд был выдан и Дима расписался за материальные ценности. Затем спустился в хранилище, там забрал баул с запчастями. Заглянул в бумаги: так, посылают в командировку… Ого, да это пригород, ну да, далеко, с другой стороны, что тут каких-то двести километров? Так, тут ещё адрес… – у него округлились глаза. – Ого, высотное сооружение башенного типа? Адрес: «остров Рондо». Чего? Дима потёр лоб, облокотился на стойку в диспетчерской и, подперев рукой щеку, ещё раз прочёл внимательно. Объект на острове...
Меня отправляют на маяк?
Поезд тронулся. Дима рассматривал пассажиров, но недолго. Из-за пахоты до полуночи тело было тяжёлым, да и ранний подъём дал о себе знать. Забросив баул на стеллаж багажа, он удобно расположился в кресле. Закрыв глаза, он слушал гул разгоняющейся «Ласточки». Метроном колёс отбивал убаюкивающий ритм, очень быстро направляя его в глубину сна...
Опять странный сон.
В зале было много людей, их силуэты за столиками скрывал полумрак. Все вокруг напоминало или театр, или джазовый клуб: столики с красными бархатными скатертями, старые венские стулья с причудливыми завитками спинок, скреплённых в одну конструкцию, загадочный полукруг сцены и тяжёлый зелёный бархат занавеса.
В луч яркого прожектора вышел господин в старомодном пиджаке, в пенсне. Он приподнял цилиндр над приглаженными волосами и продекламировал в зал:
– Господа! Разрешите вам представить систему, которая сможет изменить ваш подход к производству – систему «Тейлора»! Мной на протяжении нескольких лет был разработан метод потрясающей эффективности! Каждый может использовать мои принципы и достичь потрясающих результатов! Сам господин Генри Форд, будучи моим близким соратником, подтверждает это!
Раздались одобряющие возгласы и аплодисменты.
– Мои принципы следующие, – господин Тейлор аж пританцовывал: – Я знаю, коллеги, что работники на предприятиях вступают в сговор, чтобы не повышать производительность, ведь им кажется, будто это неизбежно приведёт к безработице! И я знаю, что каждый работник делает дело только на основании здравого смысла и более ничего. Пора изменить эту ситуацию. Я провёл много наблюдений и пришёл к выводу, что необходимо выстроить систему контроля за каждым рабочим, научную систему.
Господин в пенсне излагал факты, выносил графики. Как финал его выступления, на сцене появилась статуя, держащая в руках цифру «100».
– Бездефектное производство, господа! Система Тейлора на каждое предприятие!
Раздались аплодисменты. Внезапно донёсся голос:
– Позвольте, товарищ!
Прожектор выхватил из зала фигуру. Показалось очень знакомым то, как звучал голос: он как бы не выговаривал букву «р» – слегка картавил. Говорящим был мужчина в кепке, лицо его украшали аккуратная борода и усы, на нём был твидовый костюм. Большие пальцы рук он держал за лямками подтяжек. Хитро прищурив цепкие глаза, широкими шагами мужчина приближался к сцене:
– Товарищи! Это же несправедливость! Вы говорите нам про систему управления, но она ни что иное, как система научного выжимания пота! – с этими словами мужчина вошёл на сцену и встал с другой стороны от скульптуры с цифрой «100», и, простирая левую руку в зал, выпалил: – Товарищи! Это же зверство буржуазной эксплуатации!
– Владимир Ильич, позвольте с вами не согласиться! – деловито подняв указательный палец вверх, запротестовал Тейлор.
Они начали спор. На сцене звучали выкрики, зал загудел, раздались возгласы:
– Долой буржуев!
Атмосфера накалялась. Внезапно статуя начала разделяться, начиная с макушки, расползалась в обе стороны, а через мгновение резко разлетелась на две части и испарилась, превратившись в фиолетовую пыль. За ней оказался босоногий человек в кимоно, он был невысокого роста и держал самурайский меч. Именно им сейчас он рассёк статую напополам. Человек поклонился и представился:
– Господа, меня зовут Таити-сан. Я много лет провёл над решением проблемы управления и хочу вам сказать, что нет ничего, что нельзя было бы изменить в лучшую сторону!
Такое внезапное появление шокировало Тейлора и Ленина, они застыли, пламенный спор прекратился, зал затих. Все смотрели на Таити-сана широко раскрытыми глазами. Ловко заправив меч в ножны и поправив роговую оправу очков, Таити-сан продолжил:
– Благодаря вам я сделал открытие. Я благодарю вас, – он поклонился Тейлору. – И вас, – отвесил короткий поклон Ленину. – Теперь мы в компании «Тойота» опираемся на все, что вы говорите. Но мир меняется, и меняемся мы, нам нужно...
И дальше господин Таити-сан начал говорить про принципы качества его компании:
– Объясняйте сложные вещи простым языком...
Белый туман начал окутывать помещение вместе с людьми, в зале таяла и сцена, послышалась последняя фраза господина Таити:
– Делайте что-нибудь немедленно, начать что-либо прямо сейчас — единственный способ победить...
Зал дрогнул и растворился окончательно.
Дима открыл глаза: поезд мчался, за окном пролетал осенний железнодорожный пейзаж. Мелькал рыжий лес, столбы и провода, линии передач пересекали серое пасмурное небо.
Дима потёр руками лицо: да, глубоко я провалился, что за сюрреализм? И приснится же. Наручные часы показали, что осталось каких-то полчаса пути. На откидном столике лежал буклет, и надпись на нём гласила: «Новые стандарты качества РЖД».
С интересом Дмитрий взял буклет и быстро пробежал текст. Стандарты, стандарты... Вот интересно, людей уже измеряют стандартами? Кто это вообще придумал стандартизировать все? Подхожу ли я под стандарт хорошего мужа? Или под стандарт хорошего отца...?
Сами эти понятия где-то глубоко в сознании имели объяснения, но на ум пришла глупая поговорка: «На руках меня носил, много денег приносил...».
В зале было полно рабочих: все, кто был в сегодняшней смене. У входа находился стол и экран проектора. Возле него возились программисты, подключая провода.
Всех попросили прийти перед сменой в актовый зал, так как руководство предприятия собралось сделать объявление. Оставшись в очередной раз на работе, Дима еле успел принять душ, побриться и одним из последних зашёл в помещение.
Начальник отдела Геннадий Лучев сидел за столом перед проектором. Он нахмурил брови и перечитывал строчки текста на листах в руках, тонко сжатые губы придавали ему задумчивости. Прошло ещё несколько минут, и он, убедившись, что зал наполнился и все его слушают, начал:
– Коллеги, я попросил вас собраться, чтобы изложить новую информацию, до тех, кого нет, – он строгим взглядом окинул всех, – потом доведут. Итак, мы приступаем к введению на предприятии системы 5С. Если кто не знает, то это система управления Toyota Company. Все мы обязаны будем подписать допсоглашение к трудовому договору, – он поднял брови и пригладил ёжик коротких волос на затылке. – Так, это основная новость. А сейчас прошу вас выслушать сотрудников отдела развития, они продемонстрируют вам презентацию и расскажут подробнее, зачем это надо.
Свет потух и двое людей в таких же серых пиджаках представились, взяли слово и начали, пролистывая слайды, рассказывать историю появления «Бережливого производства».
Вот новая мода, все на «французский манер», а точнее, на японский. Дима и большинство коллег не понимали этого и не думали разбираться. Для них это всего лишь означало перемены и сложности. Но был и приятный момент: ежемесячно нужно было ездить в командировку на несколько дальних пунктов. Это радовало Диму, как внезапный отпуск. Закончив презентацию, администраторы всех рабочих поблагодарили, и толпа начала проходить к дверям.
– Чернов! – окликнул Лучев Дмитрия.
– Да, Геннадий Евгеньевич?
– Пойдём, тут дело есть, ты как к командировкам относишься? – они зашагали по коридору в диспетчерскую.
Дима, уже привыкший к холостяцкой жизни, не видел преград быть командировочным, наоборот, радовался. С дочкой планировал увидеться через выходные, отношения с Леной завершились.
– Да могу, если надо, – не задумываясь ответил Дмитрий.
– Хорошо, надо съездить на клиентский пункт, далеко.
Дима представил, как сядет в машину с мужиками, и снова будет несколько часов пути и доверительных, братских разговоров.
– Ты едешь один, это несложная операция с аппаратурой д16т, всего-то нужно поменять внутреннюю плату и батарею. Я думаю, что тебе одного дня будет достаточно, – огорошил Лучев, пожав плечами. – Сейчас новая система, ты слышал. Повышаем эффективность. Поедешь на поезде. Билеты в диспетчерской. Потом наряд подпишешь, выезд завтра.
Наряд был выдан и Дима расписался за материальные ценности. Затем спустился в хранилище, там забрал баул с запчастями. Заглянул в бумаги: так, посылают в командировку… Ого, да это пригород, ну да, далеко, с другой стороны, что тут каких-то двести километров? Так, тут ещё адрес… – у него округлились глаза. – Ого, высотное сооружение башенного типа? Адрес: «остров Рондо». Чего? Дима потёр лоб, облокотился на стойку в диспетчерской и, подперев рукой щеку, ещё раз прочёл внимательно. Объект на острове...
Меня отправляют на маяк?
Поезд тронулся. Дима рассматривал пассажиров, но недолго. Из-за пахоты до полуночи тело было тяжёлым, да и ранний подъём дал о себе знать. Забросив баул на стеллаж багажа, он удобно расположился в кресле. Закрыв глаза, он слушал гул разгоняющейся «Ласточки». Метроном колёс отбивал убаюкивающий ритм, очень быстро направляя его в глубину сна...
Опять странный сон.
В зале было много людей, их силуэты за столиками скрывал полумрак. Все вокруг напоминало или театр, или джазовый клуб: столики с красными бархатными скатертями, старые венские стулья с причудливыми завитками спинок, скреплённых в одну конструкцию, загадочный полукруг сцены и тяжёлый зелёный бархат занавеса.
В луч яркого прожектора вышел господин в старомодном пиджаке, в пенсне. Он приподнял цилиндр над приглаженными волосами и продекламировал в зал:
– Господа! Разрешите вам представить систему, которая сможет изменить ваш подход к производству – систему «Тейлора»! Мной на протяжении нескольких лет был разработан метод потрясающей эффективности! Каждый может использовать мои принципы и достичь потрясающих результатов! Сам господин Генри Форд, будучи моим близким соратником, подтверждает это!
Раздались одобряющие возгласы и аплодисменты.
– Мои принципы следующие, – господин Тейлор аж пританцовывал: – Я знаю, коллеги, что работники на предприятиях вступают в сговор, чтобы не повышать производительность, ведь им кажется, будто это неизбежно приведёт к безработице! И я знаю, что каждый работник делает дело только на основании здравого смысла и более ничего. Пора изменить эту ситуацию. Я провёл много наблюдений и пришёл к выводу, что необходимо выстроить систему контроля за каждым рабочим, научную систему.
Господин в пенсне излагал факты, выносил графики. Как финал его выступления, на сцене появилась статуя, держащая в руках цифру «100».
– Бездефектное производство, господа! Система Тейлора на каждое предприятие!
Раздались аплодисменты. Внезапно донёсся голос:
– Позвольте, товарищ!
Прожектор выхватил из зала фигуру. Показалось очень знакомым то, как звучал голос: он как бы не выговаривал букву «р» – слегка картавил. Говорящим был мужчина в кепке, лицо его украшали аккуратная борода и усы, на нём был твидовый костюм. Большие пальцы рук он держал за лямками подтяжек. Хитро прищурив цепкие глаза, широкими шагами мужчина приближался к сцене:
– Товарищи! Это же несправедливость! Вы говорите нам про систему управления, но она ни что иное, как система научного выжимания пота! – с этими словами мужчина вошёл на сцену и встал с другой стороны от скульптуры с цифрой «100», и, простирая левую руку в зал, выпалил: – Товарищи! Это же зверство буржуазной эксплуатации!
– Владимир Ильич, позвольте с вами не согласиться! – деловито подняв указательный палец вверх, запротестовал Тейлор.
Они начали спор. На сцене звучали выкрики, зал загудел, раздались возгласы:
– Долой буржуев!
Атмосфера накалялась. Внезапно статуя начала разделяться, начиная с макушки, расползалась в обе стороны, а через мгновение резко разлетелась на две части и испарилась, превратившись в фиолетовую пыль. За ней оказался босоногий человек в кимоно, он был невысокого роста и держал самурайский меч. Именно им сейчас он рассёк статую напополам. Человек поклонился и представился:
– Господа, меня зовут Таити-сан. Я много лет провёл над решением проблемы управления и хочу вам сказать, что нет ничего, что нельзя было бы изменить в лучшую сторону!
Такое внезапное появление шокировало Тейлора и Ленина, они застыли, пламенный спор прекратился, зал затих. Все смотрели на Таити-сана широко раскрытыми глазами. Ловко заправив меч в ножны и поправив роговую оправу очков, Таити-сан продолжил:
– Благодаря вам я сделал открытие. Я благодарю вас, – он поклонился Тейлору. – И вас, – отвесил короткий поклон Ленину. – Теперь мы в компании «Тойота» опираемся на все, что вы говорите. Но мир меняется, и меняемся мы, нам нужно...
И дальше господин Таити-сан начал говорить про принципы качества его компании:
– Объясняйте сложные вещи простым языком...
Белый туман начал окутывать помещение вместе с людьми, в зале таяла и сцена, послышалась последняя фраза господина Таити:
– Делайте что-нибудь немедленно, начать что-либо прямо сейчас — единственный способ победить...
Зал дрогнул и растворился окончательно.
Дима открыл глаза: поезд мчался, за окном пролетал осенний железнодорожный пейзаж. Мелькал рыжий лес, столбы и провода, линии передач пересекали серое пасмурное небо.
Дима потёр руками лицо: да, глубоко я провалился, что за сюрреализм? И приснится же. Наручные часы показали, что осталось каких-то полчаса пути. На откидном столике лежал буклет, и надпись на нём гласила: «Новые стандарты качества РЖД».
С интересом Дмитрий взял буклет и быстро пробежал текст. Стандарты, стандарты... Вот интересно, людей уже измеряют стандартами? Кто это вообще придумал стандартизировать все? Подхожу ли я под стандарт хорошего мужа? Или под стандарт хорошего отца...?
Сами эти понятия где-то глубоко в сознании имели объяснения, но на ум пришла глупая поговорка: «На руках меня носил, много денег приносил...».
